Индская цивилизация

В 1856 году в долине Инда при проведении земляных работ обнаружили руины двух древних больших городских поселений. В результате раскопок, которые начались здесь главным образом с 1920 годов и ведутся до наших дней, на территории приблизительно в миллион квадратных километров (в два раза превосходящей Францию) были обнаружены сотни других, более скромных, поселений. Высоко развитая городская культура, родственная культуре Месопотамии, получила сначала название Мохенджо-Даро или Хараппская цивилизация, по названиям двух главных поселений. В наши дни ее принято называть Индской цивилизацией, принимая во внимание ее расположение в долине великой реки и ее притоков. Однако в ходе недавних археологических раскопок было обнаружено ее распространение к побережью и главным образом к югу в сторону города Лотхала и в меньшей степени в глубину континента.

Страстное увлечение многих исследователей изучением этой цивилизации связано отчасти с ее высоким развитием. Теперь нам известно, что между 2500 и 1800 годами до нашей эры на берегах Инда возникла городская цивилизация, достигшая высокой степени эволюции, письменность которой, жилище и технологии (главным образом система мер и весов) нам известны и зафиксированы. Не отказываясь полностью от каменной кладки, городское строительство достигло высочайшего качества и однородности. В Мохенджо-Даро и Хараппе дома из высушенного или обожженного кирпича строились по одному принципу: комнаты располагались на одном или двух уровнях вокруг квадратного двора и были весьма комфортабельны. В каждом доме имелась комната для омовений, откуда использованная вода стекала по желобам в канализацию, проходившую под улицами и впадавшую в фильтрационные ямы. Современной Индии до них ах как далеко! Самые большие дома были снабжены внутренними колодцами. В соответствии с социальным положением обитателей дома меняли только размер и количество комнат. Улицы были прямыми и широкими, пересекавшимися под прямым углом. Что касается общественных зданий, то все они оснащались укреплениями, сооруженными на приподнятых платформах.

Удивительное единство материальной культуры наводит на мысль, что здесь контроль и преемственность обеспечивало государство. На протяжении по крайней мере семи веков на обширной территории в городах сохранялась одна и та же организационная структура, в частности, ориентация. Предметы настолько идентичны, что невозможно определить, где они были произведены. Консерватизм поистине замечательный: даже письменность не менялась вопреки неизбежной эволюции Индии. После каждого половодья дома восстанавливались в точном соответствии с первоначальным планом и в тех же границах, поскольку уличная сеть оставалась неизменной.

Затем, к 1800–1700 годам до нашей эры, эта цивилизация, ставшая апогеем единства культур, достаточно быстро исчезла. Территории городов уменьшились и почти обезлюдели, за ними последовали и большинство поселений. Хараппское царство Мелухха, – так, кажется, его называли шумеры, – выжило.

Что за народ принадлежал к Индской цивилизации? Раскопки кладбища в Хараппе, начавшиеся с 1946 года, положили конец полемике, так как стало очевидно, что погребенные люди относились к средиземноморскому типу, заселившему в те времена все территории, включая территорию между Индией и Египтом. Они не принадлежали ни к индоарий-скому, ни к дравидийскому типам.

Многие признаки говорят о том, что население не было однородным: есть вероятность дравидийского присутствия на юге. В Мохенджо-Даро нашли бронзовую статуэтку с изображением женщины, датируемую периодом наивысшего расцвета Индской цивилизации. До сих пор теряются в догадках по поводу ее значения и функций. Выполненная с захватывающим реализмом, она демонстрирует, что ее модель обладала чертами, свойственными населению современного юга Индии, и этим она не похожа на каменные статуэтки, найденные в Хараппе, что и доказывает возможность дравидийского присутствия, по крайней мере на юге.

Другой вопрос касается языка. Здесь также нет доказательств, что все население говорило на одном языке. И вопрос этот тесно увязан с существованием найденных печатей, поскольку кроме руин, открытых современными раскопками, Хараппская цивилизация оставила после себя более четырех тысяч печатей, обнаруженных под руинами. Были также найдены сорок четыре печати в государстве шумеров, с которым Хараппское царство вело торговлю не только по земле, но и по морю, подтверждением чему и служит порт Лотхал.

Эти печати представляют собой прекрасные прямоугольные или квадратные изделия, выполненные, как правило, из стеатита, с нанесенной на них тонкой гравировкой. Мотивы изображений чаще всего анималистического (единорог, тигр, слон, носорог) или растительные (фиговое дерево), а иногда и мифологические – считается, что на одной из них выгравирован «прото-Шива». Но в целом их иконография напоминает скорее иконографию поселений долины Евфрата, чем более позднюю систему изображений индийской цивилизации с берегов Ганга. Вне всякого сомнения, эти печати служили знаками собственности, а может быть, и амулетами. Почти 90 % из них (как и предметы гончарного производства) имеют краткие надписи: каждая содержит максимум двадцать знаков, в общей сложности насчитывается около 270 символов. Но среди них не оказалось ни одной двуязычной печати, подобной Розеттскому камню (надписи на котором сделаны на трех языках). Несмотря на все предпринятые попытки, включая компьютерную обработку, эта письменность остается для нас непонятной, точно так же, как нам неизвестен язык (а может быть, языки) государства Харап-па. Следовательно, стоит продолжать попытки.

Интерес к этой торговой цивилизации гораздо больше, чем ее значение. Сравнивая ее с цивилизациями Древнего Египта (она – современница Древнего царства и пирамид) или шумеров, можно констатировать, что у нее весьма скромные достижения. С художественной точки зрения она также далека от крито-минойской цивилизации, появившейся несколько позднее.

Целый ряд факторов способствовал тому, что она привлекла к себе наше внимание и даже вызвала страстные споры. Совокупность исторических процессов, происходящих в современной Индии и Европе, обуславливают наш интерес к ней. Исчезновение древней цивилизации произошло почти одновременно с нашествием на эту территорию новых мигрантов, воинов, умевших приручать лошадей, имевших боевые колесницы и говоривших на языке, который мы называем индоарийским. В это же время, не будучи замененной никакой другой, находящейся на том же или на более высоком уровне развития, исчезла богатая материальная культура хараппского царства.

Нам ничего не известно о материальной культуре завоевателей, так как поселения постхараппского периода были малочисленны и небогаты: налицо процессы дезурбанизации и регресса. И наоборот, их высокоразвитый язык отразился примерно в 1500 годах до нашей эры в собрании поэтических гимнов (религиозного характера, хотя в этом нет полной уверенности). Позже эти песнопения брахманы назовут «Ведами» (букв. – знание). Таким образом, великая цивилизация материальной культуры, не имевшая текстов, была заменена литературной цивилизацией без материальной культуры. Контраст был настолько сильным, что заговорили о «ведической ночи».

Для объяснения причин ее исчезновения измышлялись всевозможные сценарии катастроф: повторяющиеся наводнения, изменение русла реки, засуха и т.д. Но самая стойкая гипотеза, укоренившаяся в Европе, связывала уничтожение хараппской цивилизации с арийским нашествием. Воинственный и кочевой народ, умевший запрягать лошадей, уничтожил оседлую сельскохозяйственную цивилизацию. Схема хорошо известна: дикие кочевники разрушили цивилизацию оседлых земледельцев.

Но на этом и прекращается сходство с Римом и нашествиями или с Китаем и татаро-монголами, так как в данном случае завоеватели говорили на языке, который стал праязыком санскрита и на архаичной форме которого были составлены «Веды» – совокупность текстов, характеризующих индийскую цивилизацию. В идеологическом плане большинство языков современного индуизма, на которых говорит население севера Индии, являются его дочерними языками.

Наше восприятие современной Индии определяется характером постижения ее древнего периода, отражающегося в ее современной жизни, тем более что наследница Древней Индии – Индия наших дней – продолжает признавать главенство античности с ее непреходящими авторитетами. На самом деле вопрос заключается в том, чтобы понять, происходит ли современная Индия от хараппской цивилизации, дравидийской культуры или от воинственных ариев, которые, как утверждают, уничтожили индскую цивилизацию (как правило, ошибочно соединяют арийский народ с арийским языком, полагая, что относительное лингвистическое единство соотносится с этническим единством). Разумеется, эта проблема носит не только культурный, но и политический характер и существует за счет национализма, региональных раздоров и т.д. Достаточно беглого взгляда, брошенного на лингвистическую карту субконтинента, чтобы понять, что на юге Индии говорят на дравидийском языке, принадлежащем, вероятно, к группе языков африканского происхождения и не имеющего ничего общего с языками, на которых говорят на севере, например, такими как хинди, ведущими свое происхождение от индоарийско-го языка и принадлежащими к великой семье индоевропейских языков.

В результате некоторые исследователи решили, что в основе хараппской культуры лежали дравидийские корни, и усмотрели в Индии страну исключительно дравидийской цивилизации, хорошо организованной, мирной и высоко развитой уже со времен Античности. Захватчики-арийцы огнем и мечом разрушили эту цивилизацию, навязав свой язык и культуру, против которых устояло население юга Индии и которое, вероятно, состоит из коренных «индийцев». Другие же придерживались точки зрения, согласно которой население Хараппского царства было арийским, и, таким образом, Индия являлась колыбелью всех индоевропейских языков. На фоне национализма и антиколониализма кризис самоопределения не преодолен до сих пор.

Удивительные люди